Jewish studies in progress

Когда наш дом ещё не знал, что будет нашим, он, по совместительству "лавка на углу", был частью уютного еврейского района. По соседству господин Дворкин торговал мехами, из пекарни на улице Ридо пахло свежими халами, у Нейта (Натана, то есть) подавали латкес, солёные огурчики с капустным салатом и копчёное мясо - не хуже того, что аж в самом Монреале. Наверное, было много ещё всего. И, конечно, красивая новая синагога с ориентальными башенками и высоким парадным крыльцом. Жили-были скромные эмигранты, растили детей, работали в будни и праздновали праздники. Потом их дети выросли, выучились, стали врачами и адвокатами и уехали в Америку. И теперь пекарня трудится на местный супермаркет, не соблюдая субботы, а в синагоге поселилась христианская церковь невразумительной деноминации.

По счастью, в Нейтс ещё подают латкес и копчёное мясо. Наевшись ими, я вдруг осознала, что позорно перепутала культуру галицийских евреев и литваков, так что сейчас рву на себе волосы и переписываю главу книжки.