"Je suis artiste" - отчет про Азнавура
Sep. 13th, 2006 05:29 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
krysochka613Что сказать - гениальный был концерт. Я тут не просто так словом всуе бросаюсь. Есть же какие-то критерии, в конце концов. И есть в области "поёмой поэзии", в частности, французской, самые-самые-самые, гении, то есть. Вроде вот Азнавура (или Брассанса, но того я, конечно, живьем не слышала). Которые поют когда, так битком набитый огромный зал начинает дышать в унисон. А иногда и не дышать. И так больше двух часов, без антракта, заметим.
А начался концерт с недоразумения: микрофон включили на полную, может, потому, что Азнавур-то человек немолодой, может, опасались, петь тихо будет. А он как звучал двадцать лет назад, так и сейчас звучит. Интимно, но вовсе не себе под нос. Поэтому от первой песни впечатление было странное и неуютное: чего так громко-то? Но потом кто отвечал за технику, кнопочки понажимали, отрегулировали. И сделалось нам - чудо. Азнавур по-своему, по-Азнавурски пел, разговаривал с залом, слегка танцевал (театр одного актера, он же певец, он же поэт). Мы сидели на последнем-последнем ряду, под самым потолком, и я сначала всё переживала, что лица не различаю, мимики не вижу, но постепенно как-то переключилась на другой уровень восприятия, как третий глаз открылся, чесслово, и стала его мимику ну просто чувствовать. А пластику и так ведь видно хорошо, какими есть глазами.
"Эх, раз, еще раз" поется уже без акцента, аж странно. Приятным сюрпризом оказалась моя любимая песня про актера-трансвестита, Азнавур ее не так уж часто исполняет, это не какая-нибудь "La Boheme". И "La Boheme", конечно, была. И новая композиция про журналистов, гибнущих в горячих точках: "Статьи мы забываем на следующий день, а стихи остаются, вот я и решил написать об этом стихи"... Каждая песня - отдельное шоу, свои световые эффекты. И отдельный выброс эмоций. Когда Азнавур попросил осветителя для песни "Изабель" сделать на сцене интимное освещение, свет пригас, остался только мягкий луч. Круг в центре сцены. А Азнавур и говорит: "Я понимаю, Вы канадка, это канадская интимность. Но сделайте мне, пожалуйста, немного парижской..." И свет погас совсем, и песня прозвучала с темной сцены, где корчилась от боли тень Азнавура. Даже писать от этом - мурашки по коже...
Музыканты в оркестре штучные, отменные. Вокал - дочь Азнавура с хрустальным таким высоким голосом и еще одна здоровенная блондинка, есть подозрение, что жена (она же у него, по слухам, скандинавка).
У Азнавура пластика как двадцать лет назад. И голос, ну, конечно. А лет ему, как он не преминул озвучить - 82. И он приехал к нам прощаться. Но, впрочем, намекнул, что прощаться он со своей публикой намерен долго, лет эдак шесть, так что, мол, может, и в Канаде не последний раз. Дай Бог, чтоб не последний. То есть, главное, чтоб долго еще кто-то где-то слышал его голос не в записи - даже пусть не публика, даже если только жена и дочь.
А начался концерт с недоразумения: микрофон включили на полную, может, потому, что Азнавур-то человек немолодой, может, опасались, петь тихо будет. А он как звучал двадцать лет назад, так и сейчас звучит. Интимно, но вовсе не себе под нос. Поэтому от первой песни впечатление было странное и неуютное: чего так громко-то? Но потом кто отвечал за технику, кнопочки понажимали, отрегулировали. И сделалось нам - чудо. Азнавур по-своему, по-Азнавурски пел, разговаривал с залом, слегка танцевал (театр одного актера, он же певец, он же поэт). Мы сидели на последнем-последнем ряду, под самым потолком, и я сначала всё переживала, что лица не различаю, мимики не вижу, но постепенно как-то переключилась на другой уровень восприятия, как третий глаз открылся, чесслово, и стала его мимику ну просто чувствовать. А пластику и так ведь видно хорошо, какими есть глазами.
"Эх, раз, еще раз" поется уже без акцента, аж странно. Приятным сюрпризом оказалась моя любимая песня про актера-трансвестита, Азнавур ее не так уж часто исполняет, это не какая-нибудь "La Boheme". И "La Boheme", конечно, была. И новая композиция про журналистов, гибнущих в горячих точках: "Статьи мы забываем на следующий день, а стихи остаются, вот я и решил написать об этом стихи"... Каждая песня - отдельное шоу, свои световые эффекты. И отдельный выброс эмоций. Когда Азнавур попросил осветителя для песни "Изабель" сделать на сцене интимное освещение, свет пригас, остался только мягкий луч. Круг в центре сцены. А Азнавур и говорит: "Я понимаю, Вы канадка, это канадская интимность. Но сделайте мне, пожалуйста, немного парижской..." И свет погас совсем, и песня прозвучала с темной сцены, где корчилась от боли тень Азнавура. Даже писать от этом - мурашки по коже...
Музыканты в оркестре штучные, отменные. Вокал - дочь Азнавура с хрустальным таким высоким голосом и еще одна здоровенная блондинка, есть подозрение, что жена (она же у него, по слухам, скандинавка).
У Азнавура пластика как двадцать лет назад. И голос, ну, конечно. А лет ему, как он не преминул озвучить - 82. И он приехал к нам прощаться. Но, впрочем, намекнул, что прощаться он со своей публикой намерен долго, лет эдак шесть, так что, мол, может, и в Канаде не последний раз. Дай Бог, чтоб не последний. То есть, главное, чтоб долго еще кто-то где-то слышал его голос не в записи - даже пусть не публика, даже если только жена и дочь.
