Рождество...
Dec. 28th, 2006 07:40 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
krysochka613...выдалось чудесное. Сначала купили ёлки - две, как всегда, одну в дом, вторую во двор. Жизнерадостные квебекцы, семейная бригада, подвезли их нам с рынка на грузовичке (благо, только за угол завернуть). Хорошие такие мужики, веселые и работящие, всё смеются и цыкают на своем крестьянском диалекте. Как муж говорит, они тут четыреста лет, и с тех пор особо не изменились.
Сочельник провели опять в семье подруги-литовки, с ее родственниками и коллегами. Двенадцать постных блюд, молитва, рождественский гимн, литовско-польские традиции, преломление хлебцов, маковое молоко и воооодочка. Холоооодненькая, из бутылки с замороженными во льду еловыми ветками.
В полночь были на мессе. Хорошо, когда вокруг свечи, музыка и много радостных людей. Но вот служба в том храме мне как-то не того, не очень. Священник в роли массовика-затейника - это прям не знаю, что... Захотелось домой, домой, к отцу Владиславу или уж в Краков, в маленький иезуитский храм позади Мариацкого костела. Ну, слабость свою к иезуитом я уже в прошлом посте показала. А как же иначе - настоящие они, и были и есть. Вот и отец Владислав. Нормальных католиков окармливать - не индейцев крестить, конечно, но в российских условиях и это ох как тяжело. И грустно ему бывает, от дома-то вдали, в чужом-то городе, я знаю. Согрел его, надеюсь, хоть немного, в Рождественскую трапезу тот мой канадский виски...
Ну, вот, и всё равно хорошо, что на мессе были. Пришли и завалились спать. Утром - если оно ещё было утром - тусклый свет, ёлочка, подарки. Гора оберточной бумаги, приятно всё до невозможности.
А вечером опять в гости, в семью с французским именем и британскими традициями. Дух и корни Канады. Отец хозяина когда-то был послом во Франции, брат - известный философ. И предок их, французский аристократ, прибыл сюда четыреста лет назад на одном, быть может, корабле с теми, у чьих потомков мы купили на рынке ёлки...
Сочельник провели опять в семье подруги-литовки, с ее родственниками и коллегами. Двенадцать постных блюд, молитва, рождественский гимн, литовско-польские традиции, преломление хлебцов, маковое молоко и воооодочка. Холоооодненькая, из бутылки с замороженными во льду еловыми ветками.
В полночь были на мессе. Хорошо, когда вокруг свечи, музыка и много радостных людей. Но вот служба в том храме мне как-то не того, не очень. Священник в роли массовика-затейника - это прям не знаю, что... Захотелось домой, домой, к отцу Владиславу или уж в Краков, в маленький иезуитский храм позади Мариацкого костела. Ну, слабость свою к иезуитом я уже в прошлом посте показала. А как же иначе - настоящие они, и были и есть. Вот и отец Владислав. Нормальных католиков окармливать - не индейцев крестить, конечно, но в российских условиях и это ох как тяжело. И грустно ему бывает, от дома-то вдали, в чужом-то городе, я знаю. Согрел его, надеюсь, хоть немного, в Рождественскую трапезу тот мой канадский виски...
Ну, вот, и всё равно хорошо, что на мессе были. Пришли и завалились спать. Утром - если оно ещё было утром - тусклый свет, ёлочка, подарки. Гора оберточной бумаги, приятно всё до невозможности.
А вечером опять в гости, в семью с французским именем и британскими традициями. Дух и корни Канады. Отец хозяина когда-то был послом во Франции, брат - известный философ. И предок их, французский аристократ, прибыл сюда четыреста лет назад на одном, быть может, корабле с теми, у чьих потомков мы купили на рынке ёлки...
